Black Music Promo  
Блэк Мьюзик Промо
LifeFacesCulturePaparazziReleasesSupportFriend linksAbout
 
Сегодня 04 марта
четверг

Джаз вокруг света #1: польский джаз

    
 

Этой статьёй мы начинаем публикацию серии материалов, посвящённых джазовой музыке в разных концах света.


Джаз всегда вызывал интерес среди музыкантов и слушателей по всему миру вне зависимости от их государственной принадлежности. Достаточно проследить ранние работы трубача Диззи Гиллеспи и его синтез джазовых традиций с музыкой темнокожих кубинцев в 1940-е или более позднее соединение джаза с японской, евроазиатской и ближневосточной музыкой, происходившее в творчестве пианиста Дейва Брубека, так же как и у блестящего композитора и бэндлидера Дюка Эллингтона, комбинировавшего музыкальное наследие Африки, Латинской Америки и Дальнего Востока. 

Джаз постоянно впитывал различные музыкальные традиции, и не только западные. Одним из таких сплавов стало объединение джаза с элементами индийской музыки. Пример этих усилий можно услышать в записях флейтиста Пола Хорна во дворце Тадж-Махал или в потоке "всемировой музыки", представленной, среди прочих, в творчестве группы Oregon или проекта Джона Маклафлина Shakti. В музыке Маклафлина, ранее в основном базировавшейся на джазе, в период работы с Shakti стали применяться новые инструменты индийского происхождения, вроде хатама или табла, зазвучали запутанные ритмы, получила широкое применение форма индийской раги.

"Художественный Ансамбль Чикаго" (The Art Ensemble of Chicago) был пионером в деле слияния африканских и джазовых форм. Позднее мир узнал саксофониста/композитора Джона Зорна и его исследования еврейской музыкальной культуры, в частности, в рамках оркестра Masada. Эти работы вдохновили целые группы других джазовых музыкантов, таких, как клавишник Джон Медески, записывавшийся с африканцем Салифом Кейта, гитарист Марк Рибо и басист Энтони Коулмен. Трубач Дейв Дуглас с вдохновением внедряет в свою музыку балканские мотивы, в то время как "Азиатско-Американский Джазовый Оркестр" (Asian-American Jazz Orchestra) стал одним из наиболее последовательных сторонников слияния джазовых и азиатских музыкальных форм. Поскольку глобализация мира продолжается, в джазе постоянно ощущается воздействие сторонних музыкальных традиций, обеспечивающих солидную пищу для будущих исследований и доказывающих, что джаз – это действительно мировая музыка.

Было бы глупо утверждать о том, что истинный джаз играют лишь в Америке. Качественный джаз уже давно прописался и за пределами североамериканского континента. В послевоенное время эта форма музыкального искусства появляется и развивается в Японии, Германии, СССР, Польше. Именно польский джаз, по мнению многих экспертов, был лучшим в Европе. Джаз стал музыкой определённого поколения в Польше, и в этом причина другой фазы его экспансии, которая протекает сейчас и в которой решающую роль играют средства массовой информации.

После 1945 года Польша, как и остальная Восточная и Центральная Европа, попала под пресс различных политических и социальных репрессий. Это касалось и культуры и искусства, и в частности – музыки. Джазовая музыка была объявлена вне закона как "вульгарная, буржуазная, пропагандистская". Тем не менее, молодые люди часто собирались в небольшие компании и, с содроганием крутя ручку радиоприёмника, пытались поймать станцию с таким сладким запретным плодом африканской культуры.

Такой энтузиазм и породил в 1947 группу Melomani (The Music Aficionados). Обычные студенты, впитавшие в себя воздух западного мейнстрима, очень быстро осваивали и имитировали традиционный новоорлеанский джаз. Почву для появления подобных групп дал Уиллис Коновер с его серией потрясающих программ "Голос Американской музыки". Человек-легенда, настоящий мессия для всей Восточной Европы, который первым рассказывал и, что немаловажно, предлагал слушать и понимать джаз. Он был не очень хорошо известен в США, даже среди поклонников джаза, но его визиты в страны Восточной Европы и Советский Союз всегда сопровождались радушным приёмом от огромного количества его почитателей. Так, во время поездки в Москву водитель такси узнал его по характерному звучному голосу. Коновер был знаменитой персоной в Советском Союзе, стране, где джаз был очень популярен, а "Голос Америки" являлся первичным источником информации о такой музыке.

В 1954-58 годах, когда джаз в Польше ещё имел вкус запретного плода, будучи для многих не просто музыкой, а манифестацией нового уклада жизни, ему сопутствовали шумные и многочисленные толпы поклонников. Когда же он стал доступным, появился в филармониях, радиопередачах и пластинках, когда его стали поддерживать государственные учреждения, и уж конечно после того, как молодёжь охватило бигбитовое помешательство, эти толпы стали заметно редеть, приняв, наконец соответствующие реальным и нормальным интересам размеры. Ранний, бурный, или как его ещё называют "катакомбный" период польского джаза был, пожалуй, весьма интересен с социологической точки зрения и характеризовался прямо противоположными чертами, а именно массовым интересом к джазу и невысоким уровнем исполнения.

Причиной первой черты был определённый вакуум в этой области, созданный некогда официальными органами культуры. Следствием был необычайный интерес, энтузиазм музыкантов к участию во всевозможных концертах, фестивалях и других мероприятиях. Джаз был "запретным плодом", и достаточно было порой только сигнала, чтобы организовалась джем-сессия в Кракове (первый легальный джем-сейшн был организован здесь 1 ноября 1954 года) или съезд бибоповцев в Закопане. Последним по времени, но не по важности результатом было образование некоего джазового окружения, прослойки, давшего жизнь таким учреждениям, как например Польская Джазовая Федерация. 

Вторая черта объяснялась скудными традициями и практически полным отсутствием зарубежных контактов. Но нет худа без добра: несложный характер тогдашнего джаза и отсутствие навыков концертного или клубного слушания привели к спросу на джаз в качестве танцевальной музыки, причём даже большему, чем на Западе. Этот бурный период обеспечил существование более поздней и более популярной жизни джаза, выполнив задачу популяризации стиля. И хоть последний не нашёл поклонника в лице каждого слушателя (как, впрочем, и всякий высокоорганизованный музыкальный жанр), но он перестал быть экзотикой, а польские джазмены заняли достойное место в культурной иерархии, более высокое, чем на Западе. В феврале 1956 года, преодолев многие трудности и неприятности, в свет всё-таки выходит первый номер журнала "Джаз". Польские журналисты, наконец, получили плацдарм, благодаря которому они смогли не только писать строго информационные тексты, но также вступать на ранее недоступные территории и разворачивать смелую полемику. Очень часто печатался и издавал книги тогда ярый антикоммунист и проповедник современного джаза Леопольд Тырманд. Именно он организовывает первый и самый известный джазовый фестиваль в Польше под названием Jazz Jamboree.

В 60-е годы польский джаз становится более разнообразным, более сложным и стильным. Наряду с политической стабилизацией "реального соцреализма" в Польше, начала стабилизироваться и обстановка в мире искусства и культуры. Польский джаз распределился по трём основным направлениям: диксиленд (традиционный), мейнстрим и авангард. Теперь музыканты уже не занимались копированием западного джаза, вместо этого они искали своё звучание, постоянно экспериментируя с инструментами, народной музыкой. Участники неведомой никому группы Melomani Комеда, Курылевич и Тржасковски стали известны всему миру. Роль Кшиштофа Комеды в истории польского джаза настолько колоссальна, что, боюсь, не хватит и отдельной статьи, чтобы охватить его творческий путь. Отоларинголог по образованию, он донёс своё понимание джазовой музыки до массового слушателя. Его альбом "Astigmatic" (1965) входит в сотню самых авторитетных джазовых альбомов мира, не говоря уже о том, что именно он был композитором знаменитых фильмов Романа Полански: "Нож в воде", "Тупик", "Бал вампиров", "Ребёнок Розмари". Трагическая смерть в самом рассвете творчества не позволила Комеде реализовать все планы, но его новаторство в импровизации вдохновило многих молодых музыкантов (например, Мечислава Коша) к различным экспериментам. До сих пор в Слупске ежегодно проходит фестиваль джазовых композиторов памяти Кшиштофа Комеды.

Конец 60-х годов знаменует собой появление фри-джазовых комбо. Такие ансамбли формируются под влиянием творчества Джона Колтрейна и Орнетта Коулмена. Здесь нельзя не упомянуть выдающегося польского джазмена, трубача-виртуоза, пионера авангардного джаза – Томаша Станько. В 1963 году на знаменитом польском джазовом фестивале Jazz Jamboree Томаш Станько появляется в составе группы Кшиштофа Комеды. А уже в 1968 году Томаш Станько собирает свою собственную группу. Так рождается знаменитый квинтет в составе: Томаш Станько - труба, Януш Муньяк – тенор-саксофон, Збигнев Сейферт – альт-саксофон, Бронислав Суханек - бас и Януш Стефански - барабаны. С самых первых выступлений квинтет очень хорошо принимается публикой и критиками. В том же году Станько называют "музыкантом десятилетия". В 1974 году зарождается плодотворный творческий союз с легендарным финским перкуссионистом Эдвардом Весалой. Они сотрудничают, хоть и с перерывами, в течение целых десяти лет. Вместе с ними играл на саксофоне самобытный польский музыкант Томаш Шукальский. В 1974 году для компании Polskie Nagrania записывается великолепный альбом "TWET", а спустя год на ЕСМ записывается второй альбом группы – "Balladyna", затмивший первый. Конец 70-х и 80-е годы демонстрируют высокую творческую активность музыканта. Он не только увлечён собственными проектами, но и успевает выступать и записываться с пианистами Славомиром Кулповичем и Анджеем Курылевичем, в группах Джека ДеДжоннетта и Сесила Тэйлора. В эти годы Томаш Станько ярко выступает соло и дуэтом, пытается экспериментировать с электронной музыкой. Помимо успешного сотрудничества с ЕСМ, Томаш Станько увлекается сочинением музыки для театра и кино.

В это же время во Вроцлаве организуется не менее важный фестиваль, впоследствии ставший культовым - "Джаз над Одером". Первый раз он состоялся в культовом студенческом клубе Pałacyk и с этого момента начал играть важную роль на польской музыкальной сцене. Получить награду на этом фестивале, обратить на себя внимание жюри или критиков – всё это было для молодых музыкантов пропуском в профессиональную карьеру. Благодаря конкурсу, который в первые годы существования фестиваля был самым важным его элементом, стали известны такие звезды польской джазовой сцены, как: Эва Бем, Влодимир Нагорны, Збигнев Сейферт, Кжезимир Дебски, Ярослав Сметана, Януш Стробель, Пётр Барон, Генрик Мишкевич, Томаш Шукальский, Анджей Зауча и многие другие. С течением времени профиль фестиваля изменился, в нем стали принимать участие звёзды европейского и мирового джаза, но конкурс, на котором заявляют о себе "джазовые личности", по-прежнему остается ключевым моментом мероприятия.

В 70-е годы становятся известными новые имена: Збигнев Намысловский, Адам Макович, Михал Урбаняк и Ян "Ptaszyn" Врублевский. Все они играли абсолютно разный, ни на что не похожий джаз. Намысловский создал свой неповторимый индивидуальный стиль, соединив технику бибопа, фри-джаза с польским мелосом и усложнённой ритмикой. Многие в джазовой среде считают, что главным достижением Намысловского является блистательная способность соединять язык современного джаза и польский музыкальный фольклор. Музыкант работает в этом направлении уже более 40 лет, и, возможно, именно эти его альбомы и являются самой большой творческой победой. В одном из интервью он заметил: "Полагаю, что импровизации должны строиться на элементах одной из американских джазовых школ, но в темах, в использовании лада и особых гармонических оборотов можно продемонстрировать нечто польское". А, между тем, герой перепробовал себя в самых разных направлениях джазового искусства, и практически всегда он необычайно ярок, узнаваем и изобретателен. Ещё не достигнув 30-летнего возраста, Збигнев Намысловский уже вошёл в историю польского джаза, уже только потому, что в 1965 году принял участие в записи исторического альбома Комеды. И Намысловский, и Макович, и Врублевский являются современными польскими джаз-идолами, ибо во многом они привнесли в польский джаз частичку "своей" Польши, её музыки, её традиций и быта.

Новое поколение музыкантов старается всё больше идти по стопам своих земляков, но никак нe западных коллег, что не может не радовать. Именно в Польше зародился новый стиль импровизации под названием "ясс" (yass). Это музыкальный термин, призванный обозначить "особенность" новой польской экспериментальной музыки 80-90х. Ясс представляет собой смесь стилей, таких, как джаз, импровизационная музыка, техно, панк-рок и фолк. Настоящими пионерами этого стиля без сомнения являются Pink Freud (название говорящее, не правда ли?). Pink Freud много концертировали, играли сильно, профессионально и на совесть. Изголодавшиеся интеллектуалы набросились на них, как мухи на мёд. На одном из концертов слушатели, повинуясь ритму, пустились в пляс. Вскоре это стало традицией – гипнотизирующий, чёткий бит заставлял угловато двигаться даже самых ленивых. Их музыку стали называть "транс-джаз-дэнс". В 2003-м коллектив записал альбом "Sorry Music Polska". Стало понятно, что мы имеем дело с самым интересным явлением того времени. PF нащупали свой неповторимый "стайл". Это зрелый, сильный альбом: лёгкие, "вкусные" партии инструментов переплетаются с тонкими электронными ландшафтами. Вибрафон напускал атмосферу "старых фильмов 80-х", труба с сурдиной уносила куда-то вдаль... 

Нельзя не сказать о дуэте двух польских диджеев-виртуозов Марчина Чихы и Игоря Пудло, известных как Scalpel. Творчество группы характеризует богатое наследие польского джаза, скомпилированного с невероятным количеством собственных сэмплов. Думаю, во многом благодаря грамотному и интересному подходу в компиляции сэмплов дуэт приютил известный нам лейбл Ninja Tune

На значение польского джаза большой отпечаток наложило то обстоятельство, что он в короткое время справился с трудностями роста и стал музыкой высокого качества, причём этот фактор оказывается тем более весомым, что джаз стал заметной статьёй польского экспорта, а польские музыканты продемонстрировали свою высокую конкурентную способность. Следует отметить относительно быстрое повышение спроса на польский джаз в Европе, особенно среди капиталистических стран, что заметно пополнило валютные запасы Польши.

Разумеется, в короткой обзорной статье невозможно познакомить полноценно с характером польского джаза, дать анализ фестивальных выступлений наиболее интересных ансамблей. К тому же, прежде всего надо слышать музыку, а потом говорить о ней, но, тем не менее, я попытался дать представление о становлении очень серьёзного и сильного с моей точки зрения джаза – польского джаза.


10 самых значимых польских пластинок, которые должны быть в коллекции меломана:
Krzysztof Komeda Quintet "Astigmatic" (1965)
Tomasz Stanko "Music for K" (1970)
NOVI (Now Original Vocal Instruments) "Sing Chopin" (1971)
Zbigniew Namyslowski Quintet "Winobranie" (1973)
Jan "Ptaszyn" Wroblewski "Studio Jazzowe PR: Seaweed Paddlers" (1973)
Michal Urbaniak "Fusion" (1974)
Zbigniew Seifert "Man of the Light" (1976)
Andrzej Jagodzinski Trio "Chopin" (1993)
Milosc & Lester Bowie "Not Two" (1997)
Vitold Rek "Polish Folk Explosion" (2001)

Пожалуй, лучший сайт о польском джазе:
welovepolishjazz

Антология польского джаза.


Автор статьи: Владимир Андрюха


Также по теме:  
Советский джаз (часть 1)
Советский джаз (часть 2)
Немецкий джаз (часть 1)
Немецкий джаз (часть 2)
Норвежский джаз (часть 1)
Норвежский джаз (часть 2)
Норвежский джаз (часть 3)


К остальным статьям
http://studiohelloworld.ru/Фотографы

Разработка сайта: WebZenith
Design by Kate



Наши партнёры  
Свердловская филармонияEverJazz